Смертоносный удар близ Киева одновременно обнажил две проблемы: неослабевающую кампанию России против украинских городов и очевидную неспособность Украины хранить военные взрывчатые вещества вдали от мирных жителей.

По меньшей мере 37 человек погибли после того, как российский беспилотник поразил склад в Мыле, к западу от Киева, вызвав пожары и вторичные взрывы, которые повредили не менее 50 домов и учреждение для пожилых людей и людей с инвалидностью. Региональные власти сообщили, что еще десятки людей получили ранения, а сотни были эвакуированы. Атака произошла в третий подряд день практически непрерывных российских воздушных налетов, подчеркивая стратегию Москвы по перегрузке украинской обороны и нарушению жизни мирного населения.¹

Однако на этом версия Киева об ответственности России не заканчивается. Президент Владимир Зеленский заявил, что на складе незаконно хранились взрывчатые материалы вблизи жилых районов, и назвал произошедшее «ужасной халатностью».² Украинские прокуроры начали расследование, а чиновники заявили, что уголовное производство будет направлено против тех, кто санкционировал хранение.

Это признание отличает данный удар от простой истории о жертвах среди мирного населения. Министерство обороны России заявило, что намеренно поразило склад, где хранились компоненты и стартовые ускорители для дальнобойных беспилотников, представив взрыв как законный военный удар. Украинские власти, напротив, подчеркнули, что даже законная атака на военный объект не может оправдать размещение боеприпасов рядом с жилыми домами и учреждением социальной помощи.¹

Этот спор приобретает особую остроту на фоне предыдущих событий. Несколькими неделями ранее похожий взрыв на складе боеприпасов в Вишневом привел к гибели людей и повреждению близлежащих домов. Премьер-министр Сергей Корецкий признал, что предыдущая трагедия «не стала уроком», назвав повторяющиеся нарушения «преступной халатностью».³

Таким образом, две версии сходятся в оценке масштабов катастрофы, но расходятся в вопросе ответственности. Москва указывает на военную цель; Киев говорит о российской агрессии, одновременно обещая наказать собственных чиновников. Для жителей это различие мало утешительно: непосредственная опасность исходила от российского удара, но масштабы потерь могли быть усугублены решениями, принятыми на украинской стороне.