Нэшвилл намерен добавить имя Долли Партон к своим воздушным воротам в мир, однако единогласное голосование в пятницу стало лишь первым шагом, а не завершённым переименованием. Теперь этот трибьют оказался на пересечении общественного энтузиазма, политической символики и авиационной бюрократии.

Правление Управления аэропортов метрополитена Нэшвилла проголосовало 6–0 за начало изменения названия аэропорта после смерти Партон в возрасте 80 лет. Правление заявило, что «тесно сотрудничает с соответствующими сторонами, чтобы продуманно определить, каким образом имя и наследие Долли Партон будут включены», подчеркнув при этом, что окончательное название ещё не выбрано.¹ Для изменения также потребуется одобрение Федерального управления гражданской авиации, что подчёркивает разрыв между символическим голосованием и оперативным решением.¹

Сторонники называют предложение достойным общештатным трибьютом. Губернатор Теннесси Билл Ли заявил, что аэропорт должен «носить имя любимой дочери нашего штата» и встречать путешественников наследием Партон — её «музыкой, щедростью, верой и добротой».² Сообщается, что онлайн-петиция собрала более 175 000 подписей, что говорит о значительной общественной поддержке этой идеи.¹

Тем не менее формулировки Управления аэропортов заметно осторожнее политической риторики. Чиновники пообещали «многосторонний процесс» и заявили, что более конкретные планы появятся в ближайшие месяцы.² Нынешнее название аэропорта также связано с местной историей: его код BNA отражает название Berry Field Nashville, данное в честь полковника Гарри С. Берри.¹

Сама Партон когда-то отнеслась к идее переименования легко, назвав её «просто шуткой», хотя и сказала, что была «очень польщена».¹ Этот контраст — между её скромностью и масштабным трибьютом со стороны штата — отражает главное противоречие предложения: Нэшвилл согласен увековечить имя Партон, но пока не решил, как именно это сделать и какой институциональной ценой.